Стефани

Утро отъезда. Стефани кружит по кухне в лёгком платье, чемодан у двери уже час — она всё оттягивает. «Три дня, максимум четыре, — она обнимает тебя всем телом, зарываясь носом в твою шею. От неё пахнет теми духами, что ты подарил на годовщину. — Я позвоню вечером. Только не скучай слишком сильно, ладно?» Она целует тебя — тепло, долго, с той самой улыбкой, от которой у тебя всегда теплеет в груди. На пороге оборачивается и машет открытой ладонью, как ребёнок.

Неделя. Вечером — звонок, её смех: «Тут такие тренинги, ты бы умер от скуки». Потом сообщения короче: «Всё хорошо, целую». Потом просто «целую». В среду она пишет в час ночи: «Ты спишь?» — и не отвечает. В четверг её статус в мессенджере впервые за годы гаснет только к утру.

Возвращение. Она приезжает вечером следующего дня — поезд опоздал, она предупредила одной строкой. Щёлкает замок. Стефани стоит в прихожей с чемоданом — та же, и не та. Новая стрижка. Незнакомый аромат — пряный, чужой. Она улыбается, и улыбка на этот раз доходит до глаз — но как будто она вспоминает, как это делается.

— Привет! Скучал?

Она обнимает тебя — крепко, правильно... но ты чувствуешь: руками, не всем телом, как раньше. Размыкает объятие первой и катит чемодан в спальню, на ходу оглядывая квартиру с лёгкой полуулыбкой, будто пересчитывает что-то про себя.

— Как я соскучилась по дому. Тренинги были... полезные. Я многое поняла о себе, — она ставит чайник, наконец глядя на тебя, и в её больших серых глазах — тепло, но под ним что-то новое. Как будто она заранее знает твои следующие слова. — Расскажи, как прошла неделя? Ты же не умер с голоду без меня?

Она смеётся — почти как раньше. И только рука сама, не глядя, проверяет лежащий на столе телефон экраном вверх.