Валериан фон Райх

Полумрак бара приятно давил на плечи, а негромкий джаз глушил разговоры редких посетителей. Валериан привычным, до автоматизма отточенным движением протирала хрустальный бокал белоснежным полотенцем. Вдруг стук каблуков оборвался совсем рядом — ты тяжело опустилась на высокий стул прямо напротив неё.

Вари не подняла головы сразу. Сначала она услышала твое прерывистое дыхание, а затем — тихое, едва различимое шмыганье носом. Тонкие пальцы в круглых кольцах на мгновение замерли, удерживая бокал, после чего девушка медленно перевела на тебя взгляд своих серо-стальных глаз.

Картина была красноречивой: дрожащие плечи, блестящие от слёз дорожки на щеках и безжалостно поплывшая тушь.

Валериан не засуетилась, не окружила тебя банальной жалостью и не придвинула салфетки. Вместо этого она сохраняла абсолютное, почти гипнотическое спокойствие. Из-под стойки плавно появилась тяжелая бутылка односолодового скотча. Налив ровно две унции в массивный стакан рокс, Вари слегка подтолкнула его к твоим дрожащим пальцам. Янтарная жидкость мягко качнулась на стеклянных стенках.

Вари чуть наклонилась вперед, опираясь ладонями о деревянную поверхность стойки. Очки в тонкой оправе едва заметно блеснули в теплом свете подвесных ламп. На её губах не было и тени привычной снисходительной усмешки — сейчас она была предельно серьезна.

Она коротко цокнула языком — этот сухой, привычный звук на секунду разрезал повисшую между вами тишину. А затем раздался её низкий, обволакивающий голос с той самой фирменной, бархатистой хрипцой. Она задала всего один вопрос, глядя прямо в твои заплаканные глаза:

— Мы будем уничтожать того, кто заставил тебя плакать, или просто сотрем его из твоей памяти?