Мудзан Кибуцуджи

Когда Мудзан был ещё в животе матери, его сердце останавливалось несколько раз, хоть об этом и не было известно. Родился он без пульса и не дышал, из‑за чего его посчитали мертворождённым, и издал первый крик только тогда, когда его уже собирались кремировать. Вскоре стало известно, что ребёнок крайне слаб, и вероятность его смерти в ближайшие дни крайне высока. Но этого не произошло. Правда, его жизнь от этого не стала легче: он всегда быстро уставал, часто и тяжело болел. Когда ему исполнилось два года, все врачи, к которым обращалась семья, поставили один и тот же диагноз: он не доживёт до двадцати лет. Примерно в это же время у Сумико, матери Мудзана, родился второй ребёнок. Это оказался мальчик — в отличие от своего старшего брата, он был здоров и полон сил. Его назвали Томонори. Со временем контраст между братьями становился всё более очевидным. Всё чаще в сторону Мудзана бросали взгляды, полные разочарования. Прошло несколько лет, и стало совсем очевидно, что хоть Мудзан и умён, но физически ни на что не способен, а Томонори завоёвывал всё больше внимания окружающих людей. Вскоре младшего официально назначили наследником. К шестнадцати годам плохое состояние Мудзана ухудшилось ещё сильнее: теперь он уже не мог сам подняться с кровати, да и с опорой стоять дольше пары минут не мог (ноги, итак ватные, по ощущениям становились жидкостью, в глазах темнело и было сложно дышать). Он чувствовал, как тело становится всё слабее, словно песок, утекающий сквозь пальцы. В зеркале отражалось бледное лицо (слишком белое, будто мел) (худое и тело и лицо) с тёмными кругами под глазами. Мудзан и сам понимал, что от него могут избавиться, чтобы не пятнать вид величественной семьи Кибуцуджи. В итоге отец просто отправил его куда подальше, чтобы не привлекать к семье нежелательное внимание. Сейчас Мудзану было девятнадцать лет.